Меню сайта

Категории каталога

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 67

Форма входа

Поиск

Статистика

Книги

Главная » Файлы » Мои файлы

«МОГИЛА ПРЕДКОВ» Автор: Александр Машевский. Ч.5.
[ ] 08.07.2009, 14:14

Дом Ермоловых.

 

Поволоцкий быстрым шагом направился к поручику Ермолову. Сергей Сергеевич встретил  друга у дверей и сразу же  потащил его на теплую, уютную веранду, где стояло огромное количество вина, от дивного го-сотерна* и редерера* до свежих настоек местных умельцев.

- Погоди, друг мой, - Михаил остановил руку, потянувшуюся за бутылкой фронтиньяка*. - Я хочу тебя кое о чем спросить.

- Спрашивай. Но все можно делать и параллельно, граф! - сказал поручик.

- Нет, это очень серьезно и даже еще серьезнее, чем ты думаешь.

Поручик Ермолов поставил распечатанную бутылку на стол и приготовился слушать.

- Воля ваша, сударь! Вы мой гость.

Поволоцкий склонился над ухом Сергея Сергеевича и начал свой необычный рассказ с вопроса.

- Так вот, поручик! Как ты относишься к нечистой силе?

Сергей отодвинулся от Михаила.

- Я? Ты меня удивляешь, граф!  Да есть ли она? Не лучше ли тебе задать этот вопрос нашему отцу Нилу?

Михаил замахал руками.

- И слушать не хочет! Гонит меня в церковь! А ты-то сам как?

- Я-то? - Сергей поправил рукой свой упрямый вихор. - Я-то. А почему ты меня об этом спрашиваешь, граф? Неужели  сказки писать собираешься?

Поволоцкий встал со стула и принялся ходить вокруг стола, заставляя поручика вертеть головой.

- Сядь! - не вытерпел Сергей. - А-то у меня башка отвалится!

- У меня, кстати, ее уже давно нет! Вот ты скажи мне, любезный, - Михаил сел на свое место, - почему зайцы,


* го-сотерн - высший сорт бордосского вина

* редерер - сорт шампанского вина

* фронтиньяк - французское мускатное вино

залобованные* мною, лежали у поваленного дерева на том самом месте, а я в пятидесяти шагах валялся в кем-то разрытой могиле?

Ермолов поежился и развел руки в стороны.

- Понять не могу! Может, ты во сне ходишь? Такое бывает. Ты у Тамразова спроси, он тебе и не такое рассказать может!

Михаил обиделся.

- И ты мне не веришь. А я к тебе за помощью пришел...

Поручик вскочил с места.

- Извольте, господин хороший! Чего ж с этого самого разговор не начали? - зачем-то перешел на “вы” Ермолов. - Для меня слово “помощь” существует вместо пароля! И никому еще я в этом не отказывал! Потрудитесь более четко объяснить, в чем дело!

- Только не смейся, Сергей.

Пока рассказывал Михаил, поручик Ермолов успел выпить полбутылки вина. Он то бледнел и хмурился, сопереживая рассказчику, то багровел и хохотал до икоты, принимая услышанное за буйную фантазию автора.

- Так, значит, ты  уже успел на берегах священного Ганга побывать за счет нечистой силы? - веселился Сергей Сергеевич. – Ай, да девка, ай, да кухарка! Она, оказывается, не только зайцев умеет готовить! Шустра-с!

Михаил прижал палец к губам.

- Тсс! Не надо так громко. Они могут быть рядом. Ты же слышал, что у Бахметьевых приключилось. Это она  меня юным созданием шантажировать собирается. Однако сама Мария может и не знать, что она Амита. Я читал, что в этих религиях подселение душ - дело обыденное. Ну что?

- Что? - переспросил Ермолов.

- Согласен ли ты будешь со мной в Индию отправиться? Скоро. Шестого дня на их восьмую луну!

Сергей Сергеевич долго думал, теребя свой знатный чуб. Затем он решительно встал и для чего-то выхватил из ножен острейшую гурду*, висевшую на ковре.

- А мы оттуда вернемся?

- Одним взмахом руки! - широко улыбнулся Поволоцкий и обнял своего друга.

 

 

Комната графа.



* залобовать - убить на охоте

* гурда - старинная кавказская шашка

Еще три луны удалось с горем пополам продержаться Михаилу на порошках аптекаря. Всю четвертую ночь он заставлял поручика Ермолова петь с ним под гитару и играть в карты, в ломбер* или баккару*.

Но организм требовал своего и, как ни хлестал его по щекам ответственный поручик, несчастный просто свалился с ног, уснув беспробудным сном.

- Я же просила тебя не пить лекарства, граф! - сразу начала Амита. - Почему ты не послушал меня? Осталось всего три луны. А ты так и не встретился со своей матерью!

Михаил, сидя в кресле, пытался выпить еще один бодрящий порошок. Амита ударила его по руке, и белое лекарство высыпалось на пол.

- Я прошу. Ну, какой же ты сын, если не хочешь увидеть свою мать? - надоедала своими приставаниями Амита. - Тысячи людей каждую ночь вызывают духов своих предков, чтобы пообщаться с ними!

- У нас это не принято, - бормотал Михаил. - Грех тревожить души покойных. Некроманы-с*!

- Плохая вера! Все должны общаться с мертвецами! И ты тоже, граф! Сегодня или никогда! Я хочу заслужить бессмертие!

- Но ты же и так молодая! - сказал Михаил, вырываясь из настойчивых объятий.

Амита опустила.

- Граф! Мне уже триста лет. Но мое долголетие - это не бессмертие. И почти все эти годы я нахожусь в поисках священного камня после того, как меня вместе с рубином подарили в вашу ужасную страну! Кем я здесь только ни была! И певчей птичкой в тесной клетке у вашего незабвенного пращура, и верной собакой у его  сына-охотника, и двоюродной теткой мужа внучки по материнской ветви... Все это время я не покидала вашу семью и ждала встречи с камнем! Но никто, ссылаясь на старинное завещание, не открыл мне место, где хранился рубин! Очень многие умерли не своей смертью, чтобы поскорее камень Арджуны смог оказаться у тебя, граф! Теперь ты понял, что это сокровище по праву  принадлежит только мне?



* ломбер и баккара (бакара) - карточные игры

 

* некроман - человек, вызывающий духов

 

  - Сколько бы ты меня не просила об этом, я все же не знаю, где он!

- Так зови скорее свою мать, или ты хочешь, чтобы из-за тебя погибла святая невинность? Один поцелуй за жизнь Лизоньки Бахметьевой! Да, я холодна. Но заставь себя, граф, спаси ее! Разве ты никогда не ловил губами эти проклятые снежинки? Который раз я прошу... Ну же?

Кто-то постучал в дверь спальни. Анита в ужасе отпрянула от Михаила и голосом Поволоцкого спросила пришедшего:

- Кто там?

- Откройте, граф! - раздался за дверью голос отца Нила. - Это я!

Михаил накинул на плечи шлафрок* и открыл дверь, впуская в комнату отца Нила, тяжело дышавшего от быстрой ходьбы и подъема по ступенькам на второй этаж.

- Что случилось, батюшка? - Поволоцкий зажег остаток свечи.

Отец Нил, осенив себя крестным знамением, сел в кресло у окна.

- Дурно пахнет, однако. Заменить надобно, - сказал отец Нил и протянул графу церковную свечу, принесенную с собой. - Зажги, освященная!

Михаил поменял свечи местами.

- Не был ты в церкви, сын мой?

- Простите, батюшка, утром к вам собирался.

- Вот видишь, не пришел вовремя, теперь меня нужда заставила!

У Михаила подкосились ноги, и он безвольно опустился на стул.

- Ли-зонь-ка?!

- Нет, она жива, говорят, но больна дюже. Тут другое приключилось, - отец Нил перевел дух. - Только ж мы с тобой переговорили, сын мой, о снах необычных, как мне матушка твоя, покойная Софья Никодимовна, во сне явилась! Никогда со мной такого не было. Вот тебе истинный крест!

- Одна? - спросил Михаил.

- Вроде, одна, - отец Нил призадумался, припоминая подробности. - Хотя,  погоди... Похоже, служанка какая-то рядом стояла и как бы  прислушивалась, о чем она, матушка твоя, мне толкует. Вот только одежды на ней какие-то были непонятные,



* шлафрок - домашний халат

 

такие бесформенные только на Востоке носят. И цветов ненашенских дурнопахнущих много было.

Михаил спросил в полголоса:

- Ну, а о чем вы с моей матушкой-то толковали?

- А ни о чем! Она мне только и сказала-то всего, беги, мол, к нему и скажи, что все, что он ищет, находится в его могиле! Пусть там и смотрит! Господи, спаси и помилуй! Никогда доселе такого не видывал!

Отец Нил трижды перекрестился. Граф сделал то же самое.

- Вот какие сны бывают, сын мой! А ты говоришь, где душа в это  время!  В пятках  она  у меня оказалась, когда я на другой-то бок

перевернулся и глаза прикрыл. Только задремал, как она опять меня спрашивает, сходил  или нет? Вот я и прибежал сюда.

- Спасибо, батюшка! - Михаил проводил гостя и вернулся к себе в спальню.

- Итак, матушка передала мне свое послание. В моей могиле? Поскольку я еще живу, стало быть, при жизни я этого проклятого камня не увижу! - размышлял Михаил. - Надо переговорить с поручиком. Скоро девятая луна, и все разлетится в тартарары!

 

Двор усадьбы.

 

Конюх Порфирий суетился у крыльца, подтягивая подпругу у Голубки.

- Доброго вам утра, барин! Салфет вашей милости*! - улыбнулся Порфирий. - Вечерком в баньку пожалте! Каменку не далее как вчерась поменял. Любо-дорого!

- Здравствуй, Порфирий! - поприветствовал Михаил своего конюха. - Куда это ты с утра пораньше нацелился? Небось, тайна?

Порфирий снял шапку и пригладил рукой свои реденькие волосы.

- Оно ж чего, барин, в лес за дромом* пора, пока погода не раскисла. В печь надобно, да и для банного жару особенно хорошо. Еще с прошлой зимы у меня  заготовлено. - Порфирий поклонился в пояс. - Если позволите!

Михаил вздрогнул от легкого морозца и широко зевнул



* салфет вашей милости – будьте здоровы

* дром - валежник, кучи хвороста

 

- Езжай. В баньку сегодня обязательно. Всю свою дурь выпарить надо!

- И то верно, - конюх уселся на телегу и подобрал поводья. - Пошла, Голуба!

 

Дом Ермоловых.

 

Михаила проводили на веранду.

- Знаешь, Сереженька, все становится на свои места. Я вот что подумал. Скоро, а точнее, с приходом девятой луны, вся эта восточная нечистая сила сгинет к чертовой матери! Я об этом слышал на берегу той мутной реки. А красный камень Арджуны мне и даром не нужен. Он, говорят, будет лежать только в моей могиле. А зачем мне умирать так рано, ты сам посуди!

Ермолов покачал головой.

- Ты, стало быть, еще не знаешь ничего.

- А что я должен знать?

Сергей взял стоявшую на столе бутылку вина и непривычно налил фужеры до краев.

- Вот, помяни. Не стало сегодня нашего батюшки, отца Нила.

У Михаила перед глазами пошли разноцветные круги.

- Как это случилось?

- Одному Богу известно. Как лег в постель после молитвы, так и не проснулся. Царствие небесное... - Сергей выпил вина и замолчал.

Поволоцкий отказывался что-либо понимать в этот момент.

- А что матушка его говорит? Может, он выходил ночью куда?

Сергей отрицательно покачал головой.

- Нет. Никуда не выходил. Она же рядом была.

Граф осушил свой фужер.

- Теперь все, что я сказал, забудь! Я должен отомстить им!

- Кому? - не понял Сергей.

- Да всё тем же!

Михаил рассказал поручику о странном ночном визите отца Нила.

- Так ведь он же не выходил никуда! - изумился Ермолов. - Оч-чень странно все это! Убивать спящего человека - это, пардон, не по-офицерски! Оружие брать?

- Я думаю, что пистолеты нам пригодятся. На всякий случай.

Офицеры пожали друг другу руки.

 

Индия. Берег реки Ганг.

 

В условленное время друзья встретились на кладбище и, как два старых заправских лазутчика, стали пробираться к бане. Конюх Порфирий, задержавшийся в сарае, чуть было их не обнаружил.

Михаил знаком показал поручику, чтобы тот осторожно глянул в банное оконце. По невольно раскрывшемуся рту и вытянувшемуся от удивления лицу Ермолова можно было понять, что они пришли в самое подходящее время.

 Поволоцкий прижался к стенке бани и схватил поручика за руку. Тотчас же их закрутило в черный кокон, и они провалились в жуткую бездну.

Необычное перемещение длилось недолго. Через некоторое время кокон раскрылся, и двое путешественников оказались на том же самом месте у мутной реки.

Поручик Ермолов испуганно озирался по сторонам. На его лице отразился неподдельный ужас, когда Поволоцкий по неосторожности наступил на огромную змею, украшенную очками. Однако реакции никакой не последовало, оттого, что тело Михаила было невесомым и невидимым для других. Для этого мира их не существовало.

Черный Раджа был в гневе.

- Все должно решиться сегодня! Завтра наступит девятая луна, и ты превратишься в пыль!

- Да, мой повелитель!

- Убей эту девушку, Амита! Я приказываю тебе! Думаю, это нам поможет.

Ермолов вынул пистолет и взвел курок, но Михаил остановил его.

- Выстрел не причинит им вреда. Он будет из другого времени. Мы сделаем это дома.

- И все-таки я сплю! - сказал поручик и попытался щелкнуть по носу пробегавшую мимо маленькую обезьянку.

 

Дом Ермоловых.

 

Офицеры сидели на веранде у Ермоловых.

- Трудно предугадать действия Амиты, однако, услышанное нами на берегу святого Ганга позволяет сейчас сосредоточиться на самом главном - спасти Лизоньку! – сказал Ермолов. – Миша,  предупреди служанку  Бахметьевых строжайшим образом, что дать мне знать в случае ухудшения состояния больной. И пусть не спит ночью. Научи ее как.

Оба молодых человека склонились над столом.

- А тебе надо будет сделать следующее.

 

Комната графа.

 

Ровно в полночь на столе вспыхнула свеча и тут же погасла.

- Это не моя свеча, - Амита скривила губы, - она плохо горит.

Михаил подошел к столу и зажег свечу, принесенную отцом Нилом.

- Зачем вам понадобилось убивать священника? Он же вам решительно ничего не сделал!

- Ты ошибаешься, граф! - Амита затрясла кулаками. – Я узнала, что перед смертью твоя мать исповедалась ему! И он ровно пятнадцать лет своими еженощными молитвами и бдениями не позволял нам проникнуть в эту тайну! Но я теперь знаю, что он выполнил свой долг! Я пришла за своим священным камнем! Отдай мне его!

Амита сделалась страшной. Оболочка Марии явно мешала ей, и она стала больше походить на ту женщину, которая соответствовала трехсотлетнему возрасту. Дряблая и грязная старуха с иссохшим лицом, вся в истлевших лохмотьях, смотрела на Поволоцкого.

- Теперь ты меня точно не поцелуешь! - засмеялась Амита, придерживая рукой дребезжащую челюсть. - Но я все равно смогу  сделать так, что ты отдашь мне рубин!

Повернувшись вокруг своей оси, Амита вновь обрела привлекательные женские формы и, кроме всего прочего, две дополнительные пары рук.

- Нравится? - спросила Амита.

В одной из шести рук Михаил четко различил кривой ритуальный индийский меч.

- Предлагаю заключить сделку, граф! - предложила шестирукая танцовщица. - Что ты скажешь на это?

Стена вместе с окнами исчезла, и в образовавшийся проем влетела кровать со спящей на ней Лизонькой.

- Я знаю, граф, что ты влюбился в нее на том балу у господ Ермоловых. Да и  поручик был тоже хорош! Он первым успел предложить ей руку и сердце, но был отвергнут. Она сказала, что у нее уже есть возлюбленный. И я догадываюсь, граф, кто может быть этим счастливчиком... Так что?

Рука танцовщицы, сжимавшая меч, стала медленно подниматься над изголовьем девушки.

- Я знаю! Это тебе приказал Черный Раджа! - сказал Михаил, затягивая время.

- Как, он опять здесь? - неподдельно изумилась Амита. - Не может быть! Он не летел со мной в этот раз!

- Зато я был с тобой, Мария-Амита! Я посвящен в ваши планы. Теперь я знаю, что после восхода девятой луны тебя здесь не будет, как превратится в пыль и сам Черный Раджа!

- Но сначала я убью тебя, граф! - Амита наставила на Поволоцкого свое оружие и медленно пошла в его направлении.

Михаил схватил свою шпагу, висевшую на стене, и приготовился обороняться. Мгновенно и в остальных руках Амиты появились еще пять искривленных мечей. 

Завязался нешуточный бой, в котором явно проигрывал граф Поволоцкий.

 

Дом Ермоловых.

 

В дверь к поручику Ермолову постучали три раза.

Сергей открыл дверь и увидел насмерть перепуганную служанку.

- Ли-ли-зонь-ка и кро-кро-вать исчезли… - служанка грохнулась в обморок.

Поручик схватил пистолет и бросился к усадьбе Поволоцких.

 

Усадьба Поволоцких.

 

 Он незаметно вошел в дом и проник на кухню. В столовой горело великое множество свечей. В углу, на куче оранжевых лепестков перед изображением синего цветка,  стояла  совершенно дряхлая старуха, шамкая дребезжащими челюстями теургические* заклинания.

- Бхагават гита кришна рама! Рама кришна брахма харе!

Увидев поручика, старуха дико закричала и черной тенью метнулась прочь. Однако, пуля, выпущенная Ермоловым из пистолета, настигла ее. Свечи, цветы, да и сама старуха тут же исчезли. Дым развеялся.

В коридоре послышались шаги, и в залу вбежал конюх Порфирий с керосиновой лампой и топором, взятым, очевидно, для отражения нападения.

- Кто стрелял? - Порфирий поднял лампу над головой и увидел поручика. - Вашбродь! Ну и напугали! А барин наш где? Часом не дуэль тут учинили?



* теургия - вид магии в странах Востока

- Я тоже его  ищу, Порфирий. Он наверху?

- А где ж ему быть-то тогда, как не там!

Конюх и поручик бросились в комнату графа Поволоцкого.

 

Комната графа.

 

Михаил вздрогнул от звука выстрела внизу.  Этот выстрел просто разорвал Амиту на мелкие куски, которые быстро растворились в воздухе, как и все остальное, появившееся здесь по команде многорукой танцовщицы.

Михаил открыл дверь. Ермолов и Порфирий вбежали в спальню.

- Тьфу ты, черт! Тоже никого нету! - выругался Порфирий. - Кого мы отстреливаем-то, барин?

- Никого, Порфирий, иди спать, - сказал Михаил и стал одеваться.

Вместе с Ермоловым они направились к дому Бахметьевых.

 

Категория: Мои файлы | Добавил: pravmission
Просмотров: 255 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0