Меню сайта

Категории каталога

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 67

Форма входа

Поиск

Статистика

Книги

Главная » Файлы » Мои файлы

ПОГРАНЦЫ. (сценарный план по мотивам произведений из цикла «Моя граница). Автор: Александр Машевский. Ч.14.
[ ] 08.07.2009, 16:15

Рынок в Медведково.

 

Минут  за тридцать друзья домчались до рынка на такси. Он был зажат с двух сторон магазинами. В глубине рынка горел свет, у палатки стояли люди и о чем-то оживленно разговаривали.

По просьбе офицеров, одетых в парадную форму, старик-сторож открыл калитку и пропустил пограничников внутрь, отдавая им честь.

- Я, ить, тоже в финскую-то кампанию при управлении погранкомендатуры состоял!

Все трое подошли к палатке, где шумели голоса, намекая на крупную разборку.

- Сколько раз я тебе говорил, что  ты должна брать не половину, а только четвертую часть? – Кричал черноусый парень. – Ты че, дура? Я не понял, в натуре!

Женщина сидела за прилавком и вытирала слезы.

- У меня двое детей и мать больная! Они каждый день жрать просят! Мне этих денег не хватает! А их еще и одеть-обуть надо…

- Верни деньги, сука! – Верещал черноусый. – Не то мы видим тебя здесь в последний раз! Завтра уже можешь не выходить! Шалава!

Ребята подошли к орущей братии.

- Полегче в выражениях, братан! – Иван встрял первым. – Нина Букина, вы будете?

Женщина подняла голову.

- Ну, я! А вы кто такие будете?

Черноусый мужчина аж взвился из-за прилавка.

- Вот-вот! Ты кто такой? – парень взял гирьку с весов и направился к Ивану Соловьеву. – Это что за «гардемарины вперед»?

Парень показал рукой на офицеров.

- Отвали, – спокойно сказал Иван, - Нина, мы друзья твоего Николая. Вот позвонили домой, а там дочка сказала, что ты еще на работе.

Черноусый перебросил гирьку с руки на руку.

- Я, кажется, спросил, кто ты такой?

- А я сказал тебе, отвали! – Иван расстегнул пиджак. Тебя тут никто не спрашивает!

К палатке стали подтягиваться друзья черноусого.

- Вот что, юнкера! – Сказал черноусый. – Забирайте свою шлюху и валите отсюда подобру-поздорову! И чтобы этой стервы завтра на рынке не было! Ты понял, козёл?

Ивану по два раза не надо было объяснять. Точный удар в промежность заставил парня с шумом вдохнуть воздух и свалится под прилавок.

- Кто еще думает, что я козёл?

Навалились со всех сторон разом. В ход пошли даже овощи и фрукты. На головах нещадно трещали ящики и другое торговое оборудование, которое попадалось под руку.

Минуты через две силы уравнялись, а еще через некоторое время пограничники начали теснить работников прилавка. Откуда-то раздалась звонкая милицейская трель.

- Отходим, ребята! – Скомандовал Никита. – Разом!

И все четверо бросились к воротам.

- Давай сюда, погранцы! – Дед открыл калитку. – Это я свистел! Не дай Бог, ихние люди на подмогу прибегут! Тоды вам не отмахаться! Да и менты замести могут, они этих черноусых за «бабки» опекают, как родных!

- Спасибо, батя!

 

*     *     *

 

Сидя в машине, Иван что-то долго шарил в темноте.

- Ты чего там скребешь? – Спросил Алексей, сидевший рядом с водителем. - Чего посеял?

- Да, зараза, кажется, медаль свою потерял! Едем обратно!

- Ага! Мало тебе тыквой по репе съездили! Еще хочешь?

- Медаль жалко! Если найдут, сволочи, потешаться будут!

Нина Ивановна протянула Ивану руку. На ладони лежал блестящий кругляш медали.

- Эта?

- Ну да! – Обрадовался Иван. – А где вы ее нашли?

- Да там, на базаре. Что-то звякнуло рядом, ну я по привычке и подобрала!

- Целуй ручку, дважды награжденный! – засмеялся Никита.

 

Квартира Букиных.

 

Дверь открыла маленькая девочка, назвавшаяся Люсей. Она еще не ходила в школу, а сидела дома с бабушкой. Иван вынул из кармана шоколадку и вручил ее девочке. Шоколадка быстро исчезла за щекой малышки.

Гости стали пить чай.

- А у вас же, насколько я помню, еще и сын был? – Спросил Никита. – Где он?

- Почему был? Он и сейчас есть. Скоро явится. Хотя, лучше бы он был…

Когда чай был допит, тихонько открылась входная дверь, и чья-то тень прошмыгнула в комнату.

- Никита! – Крикнула Нина. – Ну-ка иди сюда! Покажи-ка папкиным друзьям свою рожу!

На кухню появился высокий, ссутулившийся юноша в модных джинсах и клубной куртке с эмблемой какого-то бейсбольного клуба.

- Вот, полюбуйтесь! Я на рынке горбачусь, а он шляется невесть где, даже школу бросил! – Нина закрыла лицо ладонями и тихо заплакала. – Видел бы Николай…

Всем стало не по себе. Стало больно и обидно смотреть на плачущую женщину, чья жизнь была поломана чудовищным случаем, когда погиб ее муж. Погиб в Чечне, находясь вместе с Алексеем в одной машине, которая подорвалась на фугасе.

- Как бросил школу? – спросил Никита.

- И чем ты занимаешься? – поинтересовался Иван.

Юноша немного помялся, не зная куда деть свои длинные руки с нарисованными синим фломастером огнедышащими драконами  и кривыми кинжалами.

- Музыкой занимаюсь, - буркнул Никита Букин, названный так в честь Никиты Короткова, друга его отца.

- Музыку сочиняешь?

- Не-а.  

- В оркестре играешь?

- Не-а, - заулыбался мальчишка, - я не умею.

- Пластинками торгуешь?

- Не-а.

- А как же еще тогда можно музыкой заниматься?

- А я ее слушаю!

- Тогда ты просто бездельник! – резюмировал тезка. – И как долго ты намерен так жить?

- А пока не надоест! – независимо ответил Никита.

Никита Коротков треснул ладонью по столу.

- Ни хрена! Я не  позволю!

Никита Букин струхнул не на шутку.

- Да я пошутил! Я к маме на рынок работать пойду! Меня туда дядя Джовдат приглашал!

- Твоя мама уже там не работает. А ты будешь у нас учиться! И только попробуй увильнуть! Задницу втроем будем драть!

Нина Ивановна вытерла слезы.

- Не хочет он учиться. Ему бы пиво пить, да по подъездам тусоваться! Вот это жизнь! Сплошная «Депеш мода». А что потом будет, ему наплевать!

- А чё плохого, мам? – начал было Никита, но увидел гневные глаза крестного отца, осекся. – Я же не колюсь…

- Слушать сюда! Сейчас всем спать! А завтра в поход! Едем в Петербург! И не стонать!

 

*     *     *

 

Иван и Нина курили на лестничной площадке, а Никита и Алексей стояли рядом и отмахивались от табачного дыма.

- Ты чего задумал, Никита? спросила Нина. – Не на экскурсию же едем?

- Ты угадала, не на экскурсию! Парня надо поддержать. А одной тебе, я вижу, не справиться. Вот я, то есть, мы и берем над твоим сыном шефство.

- Спасибо, ребята, - Нина снова уткнулась в ладони. – Вы настоящие мужики!

Никита прижал ее к себе.

- Не надо, Нина! Пока мы живы, никто из нас не пропадет! Слово  даю. Пограничная дружба не забывается, а пограничное братство не распадается. Мы сдохнем, но будут жить люди, которые знали нас. И те не дадут вас в обиду! Правильно я говорю, ребята?

 

Кадетский корпус.

 

Иван, Никита, Алексей и Никита-младший стояли у входа в штаб кадетского корпуса. Из дверей вышел очень вежливый ефрейтор Ежов и попросил всех подняться на второй этаж.

- Пожалуйста, генерал вас просит!

Из-за стола поднялся тучный генерал-майор, одетый в полевую форму:   тельняшку и камуфляж.

- Ребята, ну вы молодцы! Вот это подарок! Столько лет! Это надо отметить! - Генерал стиснул в своих объятиях каждого и поцеловал прямо в губы. – Да, те времена не забыть!

Генерал снял трубку и набрал номер.

- Радость моя, у меня для тебя подарок! Какой? Потом покажу. Никогда не догадаешься, даже с трех раз! Накрывай стол, вечером увидишь! Сколько? Раз, два, три, четыре… пять! На пять персон, ну и ты, естественно!

Генерал положил трубку и еще раз радостно потер руки.

- Ну-с, с чем пожаловали? Хотя, судя по потенциальному абитуриенту, могу побиться об заклад, что наша граница нуждается в настоящих офицерах!

- В самую точку, Эдуард Михайлович! Это же Никита Букин, сын нашего Коли Букина!

- А, вон оно что! Тогда мы имеем полное право…

- Да-да, - поддержал Алексей. – Нам бы очень хотелось, чтобы этот парень не сгинул где-нибудь на задворках Медведково, а стал бы настоящим мужиком, достойным своего отца.

- Да, был бы Николай жив, он бы не допустил такого. И если бы не мы…

- Но мы живы и не допустим ничего такого! Никита это уже усвоил. Усвоил?
 
 

- Усвоил, - вяло отозвался парень.

Никита посмотрел на генерала.

- Примите, Эдуард Михайлович, великовозрастного!

- И приму, а что вы думаете! Только пусть как все готовит документы и сдает экзамены наравне с остальными. Только как все, на общих основаниях! А там посмотрим!

 

*     *     *

 

Никита Букин сдавал экзамены сам, без шпаргалок и другой помощи. Он неплохо пробежал кросс, хорошо сдал остальные предметы и набрал достаточное для поступления количество баллов.

Так началась учеба в кадетском корпусе города Пушкино.

Все шло не так уж и плохо, как казалось по началу. Никита учился не хуже и не лучше других. Он не конфликтовал ни с кем и старательно зубрил уставы и инструкции.

Но произошло одно довольно-таки неприятное событие, заставившее поволноваться всех, включая и друзей отца.

Как-то вечером, после отбоя к Никите подошел один кадет.

- Лежишь?

- Лежу, а что?

- А ты знаешь, что ты не должен здесь лежать?

- Это как же?

- А так. На этом месте должен был спать мой друг, Сережка Федоров. Он вместе со мной поступал.

- Так он же два балла не добрал?

- Правильно, так ты сам же в этом и виноват!

- Я? – Никита сел на кровать. – Это как?

- Да все говорят, что ты «позвонковый»! Что тебя сюда за руку притащили те двое полковников из Москвы. Как на смотрины генералу нашему! Вот он тебя и взял! А сам ты ни фига не знаешь, только шпаргалки озвучивал! Так?

- Неправда! – Возмутился Никита. – Я честно со всеми сдавал!

- Ну, мы-то знаем, как сдаются экзамены, если командование хочет, чтобы кто-то поступил!

Никита вскочил с кровати.

- Неправда! Это все не так!

- Х-ха! Ты теперь ничем не докажешь! Позор «позвонковому»! Три-четыре! – скомандовал кадет.

И спальня хором повторила троекратно.

- Позвонковый! Позвонковый! Позвонковый!

Никита надел тапочки и выбежал в коридор.

 

В кабинет к начальнику кадетского корпуса без доклада влетел перепуганный подполковник Никитенко.

- Беда, товарищ генерал!

- Что случилось? – генерал схватился за сердце. – Ты что, Никитенко?

Подполковник подбежал к начальнику и протянул ему какой-то листок бумаги.

- Вот, убег! Одна записка и осталась! И, главное, никто не  заметил! Дежурного по роте я уже наказал!

- Погоди! Дай записку!

Генерал взял в руки записку, на которой детским почерком было написано: «Спасибо за приют! Но я не хочу занимать место товарища, который не поступил в корпус из-за меня! Извините. Никита Букин, бывший кадет».

- Что это за чертовщина? Чье он место занимал?

Подполковник Никитенко вытянулся в струнку.

- Тут одна история приключилась, товарищ генерал! – Никитенко стал сбивчиво объяснять суть дела. – Тут у нас один парнишка по конкурсу не прошел. Слабенький такой был. А в группе думают, что это вы Никиту взяли и поступили сами…

Генерал взялся за телефон.

 

Квартира Букиных.

 

Никита Букин приехал в Москву рано утром. Он поднялся на пятый этаж и позвонил в свою квартиру. Дверь открылась, и Никита понял, что был не прав.

Два подполковника, мать и гражданский «президент-майор» стояли плотной стеной, преграждая вход к прежней уютно-бесполезной жизни.

- Здесь деньги на обратный билет и суточные! – Никита протянул своему тезке конверт. – И обратным порядком в кадетский корпус шагом-арш!

 

Кадетский корпус.

 

В кадетском корпусе шло собрание кадетов. Выступал начальник корпуса генерал Филиппов.

- Мне и в голову не пришло бы устраивать вам экзамены мучить вас на кроссах, если бы я был уверен, что есть и другой путь для комплектования моего корпуса! Один из вас распустил подлый слух, будто зачисление на учебу идет по звонкам сверху! Такого никогда не

было и не будет, покуда я командую этим учебным заведением! Ваш товарищ Никита Букин проявил безволие, совершил проступок, за что будет наказан. Он не доложил по команде о том, что произошло в казарме.

В зале одобрительно зашумели.

- Не стукач! Это хорошо!

- Но мы можем снова устроить ему экзамены, и вместе с вами посмотрим, на что он способен. В классном журнале у него нет ни одной тройки. Это что, снова приказ сверху, или это оценки преподавателей?

Кадеты засмеялись.

- Не-а! Мы Никиту знаем!

- Он хороший парень!

- Мы за Никиту!

Генерал движением руки остановил размитинговавшихся.

- Вам еще слова дадут! Но мой ответ юным клеветникам будет следующим! Такие парни, как Никита Букин, будут учиться в нашем корпусе. Кто, как не он, сын офицера, погибшего на границе, должен сидеть с вами за партой? Ответьте!

Зал молчал.

- Разрешите, - тихий голос раздался со второго ряда. С места поднялся тот самый кадет, который сделал Никите Букину глупое заявление. – Это я виноват и прошу у вас всех, и в первую очередь у Никиты Букина прощения! Я больше так не буду!

Кадет был готов расплакаться.

- Поверим? – генерал окинул аудиторию взглядом.

- Да! Поверим! – рванулось из сотни молодых глоток. – Поверим!

- Спасибо! Все свободны!

- Ур-ра!!

 

Москва.

 

Кадет Никита Букин приехал в очередной отпуск. Нарядные мать и сестричка, одетые во все лучшее, прогуливались с Никитой вокруг дома.

- Счастливая Нинка-то Букина наша! – судачили старушки на лавочке возле подъезда.  – Мужа-то хоть и схоронила, зато, вон, сынок-то подоспел. Офицер! 

 

*     *     *

 

Никита Коротков, Иван Соловьев и Алексей Осевой смотрели в след молодому кадету и его семье. И каждый думал о своем. Наверно, завидовал молодости. А, может, и нет.

 

Категория: Мои файлы | Добавил: pravmission
Просмотров: 497 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0